Валентайн Акленд — поэтесса, чья жизнь стала вызовом общественным нормам. Она смело ломала гендерные стереотипы, открыто любила женщину и поддерживала радикальные политические идеи, что делало ее провокационной фигурой для своего времени. Именно это сочетание непокорности и лиричности сделало ее голос уникальным в британской поэтической традиции. Далее на londonka.
Ранние годы и творческий путь Валентайн Акленд
Мэри Акленд родилась 20 мая 1906 года в Лондоне. В семейном кругу ее ласково называли Молли. Младшая из двух сестер, девочка росла в атмосфере англиканских традиций Норфолка и получила образование в монастырской школе столицы, что сформировало ее ранний духовный и интеллектуальный мир. В девятнадцать лет она импульсивно вышла замуж за Ричарда Терпина. Брак оказался обреченным с самого начала, ведь муж был гомосексуалом и не мог выполнять супружеские обязанности. Несмотря на его готовность усыновить ребенка, юная девушка решила разорвать с ним связи, которые не приносили счастья.
Освобождаясь от ограничений неудачного брака, Молли начала переосмысливать себя. Она обстригла волосы в модную тогда короткую прическу Eton Crop, начала носить мужскую одежду и нередко производила впечатление красивого юноши. Когда же сменила имя на Валентайн Акленд, это стало символическим жестом рождения новой личности. В конце 1920-х она присоединилась к богемному кругу художников, который собирался в деревне Чалдон в Дорсете под покровительством Теодора Фрэнсиса Поуиса. Там энтузиастка открыла в себе сдержанный, но полный внутренней силы поэтический голос.
Именно в Чалдоне Валентайн Акленд встретила Сильвию Таунсенд Уорнер — старшую на двенадцать лет писательницу, чрезвычайно образованную и блестящую интеллектуалку с невероятной способностью к любви. Их роман, разгоревшийся в 1930 году, длился почти четыре десятилетия. До встречи с Сильвией Валентайн уже публиковалась в литературных журналах и считалась перспективной молодой поэтессой. Однако именно любовь к ней дала ей новые глубины творческого вдохновения.
В 1934 году Валентайн Акленд и Сильвия Таунсенд Уорнер издали сборник «Whether a Dove or Seagull», в котором обмен любовными стихами стал не только литературным, но и интимным жестом, отражением их глубокой привязанности друг к другу. В том же году обе вступили в Коммунистическую партию Великобритании, воспринимая политическую борьбу как продолжение своей моральной позиции и гуманистических убеждений. Вместе пара отправилась добровольцами в Испанию во время гражданской войны. В Барселоне они работали в Британском Красном Кресте, видели реальность республиканского сопротивления и пережили войну вблизи. Как делегатки антифашистской конференции писателей, женщины побывали в осажденном Мадриде и на линиях фронта Гвадалахары.
Несмотря на первоначальное желание стать комбатантом, Валентайн оказалась в глубокой депрессии из-за реальности войны. Разочарование в восприятии их совместной книги, нарастание психологической усталости и зависимость от алкоголя привели к изменам. Сильвия пыталась относиться к этому снисходительно, пока роман ее возлюбленной с американским единомышленником не стал серьезным. В конце концов, их отношения выдержали испытание, хотя писать Акленд после этого стало труднее и медленнее.
В начале 1950-х годов они арендовали дом в Солтхаусе. Сильвия именно там работала над своим последним романом «The Flint Anchor», опубликованным в 1954 году. В то же время Валентайн начала бороться со смертельной болезнью, в чем ей помогло возвращение к поэзии. Ее поздние стихи имели спокойный, мудрый, пронизанный размышлениями характер о конечности жизни, несокрушимости любви и способности человека выжить духовно, даже когда тело слабеет. 9 ноября 1969 года женщина умерла от рака молочной железы. В своем горе Сильвия нашла силы завершить то, что Валентайн уже не могла сделать сама: она отредактировала посмертный сборник «The Nature of the Moment» и подготовила к печати их письма.
Сильвия Таунсенд Уорнер и Валентайн Акленд
Признание и значение деятельности Валентайн Акленд
Валентайн Акленд писала о лесбийской любви без умалчиваний и завуалированных намеков, о социалистических идеях и классовой борьбе, о духовных поисках и красоте природы, а также о разрушительной природе войны. Ее собственная жизнь, отмеченная алкогольной зависимостью, изменами и эмоциональными кризисами, пошатнула, но не разрушила ее. Только после смерти женщины ее интимно-исповедальный стиль получил более широкое признание, а интерес к левым художникам 1930-х годов вернул внимание и к ее наследию.
